рефераты рефераты
Домой
Домой
рефераты
Поиск
рефераты
Войти
рефераты
Контакты
рефераты Добавить в избранное
рефераты Сделать стартовой
рефераты рефераты рефераты рефераты
рефераты
БОЛЬШАЯ ЛЕНИНГРАДСКАЯ БИБЛИОТЕКА
рефераты
 
МЕНЮ
рефераты Синергетика и философия рефераты

БОЛЬШАЯ ЛЕНИНГРАДСКАЯ БИБЛИОТЕКА - РЕФЕРАТЫ - Синергетика и философия

Синергетика и философия

Национальная академия наук Беларуси

ГУО «Институт подготовки научных кадров НАН Беларуси»

Кафедра философии и методологии наук

Магистрант ГНУ «Институт физико-органической химии НАН Беларуси»








СИНЕРГЕТИКА И ФИЛОСОФИЯ




Жихарко Юрий Дмитриевич













Минск, 2009


Содержание


Введение

Синергетика – парадигма научного познания

Синергетика и диалектика

Синергетика и марксизм

Синергетика и творчество

Выводы

Литература


 

Введение


Синергетика (от гр.. synergetikos – общий, обоюдно действующий) – направление и общенаучная программа междисциплинарных исследований, которые изучают процесс самоорганизации и становления новых упорядоченных структур в открытых физических, биологических, социальных, когнитивных, информационных, экологических и других системах. Так определяется понятие «синергетика» в справочной литературе из философии и специальных трудах, посвященных анализу содержания и объема синергетики [1-5].

Чтобы понять необходимость появления синергетики как нового направления в науке, необходимо сначала сжато осмотреть развитие науки во второй половине ХХ ст. Картина мира, которую рисует классическая наука Ньютона-Лапласа, – это мир жестких причинно-следственных связей, которые имеют линейный характер. Согласно представлениям классической науки развитие всех явлений и процессов является строго детерминированным: он идет от причины к следствию, которое становится причиной другого следствия и так к бесконечности. Содержание следствия полностью определяется причиной. Причинно-следственная цепь есть непрерывным и линейным. За причинной цепью ход развития может быть рассчитан далеко как в будущее, так и в прошлое.

Процессы, происходящие в мире, представлялись как предполагаемые на неограниченно большие промежутки времени; случайность исключалась как нечто внешнее и несущественное; эволюция рассматривалась как процесс, не имеет отклонений, возвратов, побочных линий. Развитие понимается как поступательное и безальтернативное. Если и есть альтернативы, то они трактуются как отклонение от основного течения движения и подчиняются ей в соответствии с объективными законами универсума. Развитие природы и общества понимается как процесс, проходящий определенные стадии, осуществляется по законам железной необходимости и независимо от воли и сознания человека, даже если это касается жизни общества [6].

Современная картина мира существенно отличается от картины мира, основанной на классической науке. Для классической науки между прошлым настоящим и будущим не существует принципиальных различий. Мир рассматривался как такой, который подчинен вневременным неизменным законам [7].

Согласно постклассической науке, люди живут в принципиально нестационарной вселенной, в которой неразрывно связаны три понятия: случайность, необратимость, уникальность. Особенностью объектов, рассматриваемых современной наукой, по мнению бельгийского ученого Ильи Пригожина (род. 1917 г. в России, Нобелевская премия в области химии - 1977 г.), является то, что люди переходят от равновесных условий к уникальным и специфическим. Наука сейчас вновь открывает время, и в этом, по Пригожину, ключ к пониманию фундаментального пересмотра науки, научной рациональности, роли и места науки в системе человеческой культуры, который состоялся во второй половине ХХ века [7].

Современное естествознание сформировало концепцию глобального эволюционизма как систему представлений о всеобщем процессе развития природы в различных ее формах. Стало понятным, что процесс становления и усложнения организаций присущ не только биологическим системам, но и системам неорганической природы. Эволюция присуща не только макроскопических телам, но и «миру» элементарных частиц, всем типам физических взаимодействий. Если раньше считали, что Вселенная как целое не развивается, является стационарным, то в XXI ст. возникла теория Вселенной, которая расширяется [6].

Идея развития не только проникает во все сферы природных и социальных явлений нашей планеты, но и «приобретает глобальное космическое значение: пределы применения идеи расширились от микромира к Метагалактике. Такой факт нашел свое воплощение в формировании нового научного направления, которое изучает механизм самостоятельного (спонтанного) возникновения упорядоченных структур в открытых нелинейных системах, – синергетики» [6].


Синергетика – парадигма научного познания


Из приведенного в начале реферата определения синергетики видно, что синергетика является современной теорией самоорганизации, новое мировоззрение, связанное с исследованием феноменов самоорганизации, нелинейности, неравновесности, глобальной эволюции, изучением процесса становления порядке через хаос (Пригожин), бифуркационных изменений, необратимости времени, неустойчивости как основополагающей характеристики процессов эволюции. Проблемное поле синергетики центрируется вокруг понятия «самоорганизации», ориентируясь на постижение сущности, принципов организации и эволюции последней [8].

Под самоорганизацией в синергетике понимаются процессы возникновения макроскопически упорядоченных пространственно-временных структур в сложных нелинейных динамических системах, находящихся в состояниях, далеких от равновесных, вблизи особых критических точек (их называют точками бифуркации, или точками ветвления), у которых поведение системы становится неустойчивой. В этих точках система под воздействием малейших толчков (малых действий), или флуктуаций, может качественно изменить свое состояние. Этот переход часто характеризуют как возникновение порядка из хаоса. «Синергетика рассматривает иерархии нестабильности различных порядков и их последовательности. В этом контексте синергетика с помощью таких понятий, как неустойчивость, параметры порядка и принцип подчиненности, охватывает широкий класс систем вместе со сценариями их эволюции от хаоса к порядку и наоборот » [9].

Один из основоположников синергетики и автор самого термина «синергетика» немецкий исследователь Ганс Хакен считает, что для нахождения общих принципов, управляющих процессами самоорганизации, необходимый комплекс самых разнообразных дисциплин. В науке уже существуют общие закономерности возникновения пространственно-временных структур разных систем, их самоорганизации и функционирования [10].

Синергетика «имеет достаточно сформировано «твердое ядро» в виде обнаруженных и естественно научно описанных механизмов эволюции сложных систем. Некоторые результаты, из которых мы выводим мировоззренческие последствия, доказанные в форме математических теорем. Следует вспомнить и о том, что «твердое ядро» новой теории самоорганизации составляют два фундаментальных открытия: открытие странных аттракторов и открытия режимов с заострением (below-up regimes), оба этих открытия имеют большое философское значение.

Именно они создают возможность построения моста между синергетикой, имеющие истоки главным образом в естествознании (в нелинейном анализе, неравновесные термодинамике, теории хаоса, фрактальной геометрии), и гуманитарными науками (когнитологией, эпистемологией, культурологией, социологией, демографией, экономикой) [11].

В связи со сказанным О.М. Князевой следует отметить, что аттракторы – это относительно стабильные состояния системы, которые притягивают все разнообразие их траекторий, к которым только и может эволюционировать система. Ведь в нелинейной среде возможен не любой набор путей будущей эволюции системы, а лишь определенный их спектр. Эти потенциальные пути эволюционирования системы описывают идеальные формы реально возможных образований.

В этой функции аттракторы выступают как структуры эволюции, которые являют собой потенциальные идеи переменчивой среды. Понятие «режим с заострением» (below-up можно перевести и как «увеличение») означает режим гиперболического роста, когда отдельные величины колоссально растут за небольшой промежуток времени.

Синергетика открывает такие новые стороны и свойства мира, как нестабильность, нелинейность и открытость (различные варианты будущего, всевозрастающую сложность формообразований и способов их объединения в целостности, эволюционируют (законы коэволюции). Синергетика дает возможность шире взглянуть на процессы развития и глобальной эволюции и разработать основные принципы современной концепции самоорганизации.

До возникновения синергетики не существовало общей системы исследования, на основе которой можно было бы проанализировать и свести в единое целое различные результаты, полученные в астрономии и космологии, физике и химии, биофизике и биохимии, генетике и молекулярной биологии, геологии и экологии. На основе осуществленных исследований формируется новый взгляд на мир. Универсум рассматривается как сложно организованный и открытый, он является не устойчивым, а находящимся в становлении, он является не просто существующим, а непрерывно возникающим миром. Понятие бытия и становления объединяются в единую понятийную систему. Идея эволюции органично входит не только в науки о живом, но и в физику, космологию и другие науки о неживой природе. Современная наука окончательно развенчивает миф о жестко детерминированной и стабильной Вселенной. Мир больше не кажется застывшим, раз и навсегда заданным и неизменным, а рассматривается как процесс, как последовательность деструктивных и креативных (творческих) процессов, в которых важную роль играют не только динамические (определенные и заранее точно предусмотренные), но и стохастические (случайные) процессы, последствия которых достоверно предсказать невозможно. Мир наполнен неожиданными поворотами, связанными с выбором путей дальнейшего развития. В свете новых знаний Вселенная предстает системой, постоянно эволюционирует, как единое целое [6].

Из приведенного выше следует, что синергетика как миропонимание преодолевает традиционалистские идеи: о микрофлуктуации и случайности как незначительные факторы для конструирования научных теорий; о невозможности существенного влияния индивидуального усилия на ход осуществления макросоциальных процессов; о необходимости исключения неравновесности, неустойчивости мировоззрений, адекватных действительному положению вещей; о развитии как о том, что по своей сущности является безальтернативным поступательным процессом, о соразмерности объемов внешних управляющих воздействий, действующих на систему, объему ожидаемого результата [1].

Вселенная - это не механизм, однажды заведенный Мастером на все времена и судьба которого определена раз и навсегда, а система, которая непрерывно развивается и самоорганизуется. Значение открытия определенных закономерностей процессов самоорганизации и реорганизации сложных систем синергетикой заключается в том, что радикально изменилось понимание отношений между гармонией и хаосом, упорядоченностью и беспорядком, информацией и энтропией. Оказалось, что хаос не является абсолютной антитезой гармонии и исключительно разрушительной силой, результатом непреодолимого роста энтропии, как это казалось раньше, а переходным состоянием от одного уровня упорядоченности к другому, более высокому уровню гармонии. Этот вывод, полученный сначала при изучении термодинамических систем учредителями синергетики Ильей Пригожиным, Гансом Хакеном и Сергеем Курдюмовым, был распространен и на социокультурные процессы. Такое широкое применение принципов и закономерностей синергетики поставило вопрос о необходимости их философского осмысления. Опираясь на синергетику, философия преодолевает фрагментаризм философского дискурса, который сложился в первой половине ХХ века, и возвращается к целостной картине мира и раскрытию места и роли человека в нем. Все это требует и одновременно способствует уточнению и конкретизации таких философских категорий как структура и система; порядок и хаос; устойчивость и неустойчивость, простота и сложность, используемых при характеристике процессов развития. Возникла необходимость пересмотра содержания категорий «время» (в контексте нового понимания необратимости времени и нового толкования соотношения между будущим и современным состояниями нелинейной среды), «пространство» (содержание этой категории расширяется вследствие пересмотра традиционного понимания пространственной симметрии), «необходимость» и «случайность», «детерминизм», расширилось и изменилось понимание казуальности, выработанной классической наукой, само понятие «развитие» в свете достижений современной науки трактуется совсем иначе. Возникла потребность осмыслить и ввести в систему философских категорий эксплицированных синергетикой понять: нелинейность и многовариантность (альтернативность), стохастичность и непредсказуемость процесса развития, хаос и случайность в возникновении нового [6].

а) Нелинейность и альтернативность развития.

Наука конца ХХ - начала XXI ст. доказала, что эволюционные изменения в сложных открытых системах недостаточно толковать как непрерывную эволюцию в одном направлении. Она подтвердила безнадежную устарелость разделения ученых и философов на прогрессистов и редукционистов (последние пытаются сложные процессы, особенно это касается живого, свести к простейшим физическим и химическим процессам) в понимании процессов развития, поскольку обе эти позиции основаны на некорректных ньютоновско-лапласовских представлениях линейной зависимости причины и следствия, прошлого и будущего.

Содержание причины не всегда полностью детерминирует содержание следствия, поэтому в мире стохастических (случайных, вероятных) процессов однозначная линия связи между ними отсутствует. Это означает, что характер изменений в стохастическом процессе во времени точно предсказать в принципе невозможно. Из современной научной картины мира следует, что в развитии сложно организованных систем существует два уровня эволюции. Первый из них характеризуется устойчивостью, линейностью и предсказуемостью, второй - неустойчивостью. Смысл концепции нелинейности заключается в том, что для организующей системы существует не один единственный путь развития, а поле путей, содержащих в себе потенциальный спектр структур, которые могут возникнуть в процессе изменений системы, самоорганизующейся. Иными словами, открытая нелинейная система в неравновесном состоянии является носителем многообразных поздних форм будущей организации. В нелинейной среде возможен не любой набор будущей эволюции, а лишь некоторый их спектр. Последний из них описывает идеальные формы реально возможных образований.

Реально возможные пути эволюции системы называются аттракторами, т.е. относительно стабильными состояниями системы, которые притягивают все разнообразие ее траекторий. Если система попадает в конус аттрактора, то обязательно эволюционирует к относительно сложившемуся положению. Структуры, которые могут возникнуть в состоянии нестабильности в системе определяются исключительно внутренними свойствами системы, а не параметрами внешнего влияния [6].

Концепция нелинейного развития мира побуждает нас осознать отсутствие жесткой определенности развития как природы, так и общества, отсутствие единого эволюционного пути развития, она утверждает идею многовариантности, альтернативности путей эволюции. Линейная система не жестко вписана в спектр возможных путей ее развития, она словно блуждает в поле возможного и каждый раз случайно выводит на поверхность лишь один из путей. Это неоспоримо свидетельствует о том, что в реальном бытии важную роль играют нестабильность и случайность. Она выступает как важный и необходимый элемент мира, особенно в понимании сущности общественных процессов, где от случайности зависит так много.

б) Роль случайности в развитии действительности

Непредсказуемость развития. Случайность издавна привлекала внимание философов, но ее природу нередко трактовали с диаметрально противоположных позиций. Так, если Демокрит понимал случайность лишь как незнание причины явления и провозглашал реально существующим только необходимость, то уже ученик его Эпикур провозгласил случайность конструктором начал во Вселенной. Философы убедительно доказали, что возникновение каждого явления зависит от многих факторов, причин и условий, перекрестное действие которых приводит к тому, что явление может развиваться по многим вариантам, причем в каждом отдельном случае превращения возможности в действительность, то есть возникновение нового, включает в себя как закономерность, так и случайность. Поэтому действительность, как реализованная возможность, характеризуется многими случайными чертами, а каждая отдельная реализация возможности объективно выступает как случайность [6].

В конце ХХ в. в понимании сущности случайности и ее роли в выяснении процесса возникновения нового сделала синергетика. Утверждение синергетики о том, что фактически все процессы во Вселенной происходят под воздействием случайных факторов и известной степени неопределенности, дает возможность раскрыть конструктивную роль случайности в процессах самоорганизации, исследовать условия, в которых могут привести к возникновению порядка или новой пространственно-временной структуры. Анализ природы случайности в науке и философии показал, что существуют два типа случайностей. Первый тип - это случайность с богатыми возможностями, они дают начало направленной эволюции системных объектов, лежащих в основе источников процессов развития и возникновения нового в действительности. В таком случае необходимость рождается из случайности и выступает как результат начальной игры случая. Такой тип случайностей характеризует развитие как внезапное появление события в самые критические революционные стадии, в качественно переломные моменты, кардинально поворотные пункты развития. Второй тип составляют случайности, сопровождающие любой направленный процесс изменений, когда направленность уже сформировалась и оказалась. Это случайности, дополняющие необходимость и является формой ее проявления. Понимание природы случайности в таком ключе достаточно подробно и обстоятельно проанализированы в философии второй половины ХIХ в, в 70-е годы ХХ ст. Синергетика дала новую трактовку случайностей второго типа, которое выходит за пределы традиционного понимания этого типа случайностей. «Если случайность первого типа порождает необходимость, то случайность второго типа добавляет элемент неопределенности и тем самым способствует самообразованию необходимости, структуры в конкретном ее виде» [6].

Синергетика свидетельствует о том, что именно случайность определяет «блуждания» системы по полю возможных путей развития. Какую из возможных структур выберет система, по какому пути пойдет его дальнейшее развитие или упадок - все это зависит от случайных факторов, которые предусмотреть заранее невозможно. Чем сложнее система, тем больше существует различных типов флуктуаций, которые могут нарушать ее стабильность. Но в сложных системах существуют разнообразные виды связей между различными частями систем. От последствий конкуренции между стабильностью, что обеспечивается связями, и нестабильностью, которая создается флуктуациями, зависит порог стабильности системы. Система, которая вышла за порог стабильности, попадает в критическое состояние, называемое точкой бифуркации, или точкой ветвления. В такой точке система становится нестабильной и может перейти к новой стабильности, то есть до формирования нового состояния. Система в точках бифуркации будто колеблется перед выбором одного из нескольких путей развития. В открытых нелинейных средах, которые являются наиболее типичными для существующего мира, имела случайная действие (флуктуация), может привести к значительным последствиям. Малые флуктуации могут усиливаться, и система будет эволюционировать в направлении «спонтанной организации», то есть незначительная флуктуация может служить началом эволюции в принципиально новом направлении, резко меняет все поведение макроскопической системы. Случайные флуктуации непредвиденным образом изменяют траекторию системы, хотя сами траектории имеют тяготение к аттракторам, в результате чего переводят систему, нестабильную относительно начальных условий, в новое стабильное состояние. По словам И. Пригожина, с флуктуаций рождается новый порядок [12].

Иллюстрацией к этому тезису одного из основателей синергетики могут служить метеорологические ситуации, где незначительное случайное возмущение может привести к новому, принципиально иного состояния. В связи с этим в науку вошла метафора «эффект бабочки». Бабочка, взмахнув крылышками в определенный момент и в нужном месте, может вызвать ураган на другом конце океана.

В отечественной истории известен факт, когда во время большого социального напряжения червивое мясо в борще вызвало восстание матросов на корабле «Князь Потемкин Таврический» 27.06.1905 г. Из приведенного выше видно, что в развитии различных систем ведущую роль играет не порядок, стабильность и равновесие, а нестабильность и неравновесие. Синергетика доказывает, что хаос, нестабильность, случайности необходимые для рождения нового. «Хаос является конструктивным началом, источником, предпосылкой в основной для процесса развития» [6].

Разрушая, хаос строит, а строя, приводит к разрухе. Нелинейность процессов делает принципиально ненадежными и недостаточными прогнозы - экстраполяции от наличествующего. Развитие осуществляется через случайность пути в момент бифуркации, а именно случайность (согласно ее природе) никогда не повторяется снова. В точке бифуркации случайность направляет систему на новый путь развития, а после того, как один из многих вариантов развития реализован, снова вступает в силу однозначный детерминизм. И так до следующей бифуркации.

Стохастичность мира вместе с существованием бифуркационных механизмов делают эволюцию непредсказуемой и необратимой. Это означает конец классического идеала всеведения. В рамках современной картины мира формируется предпосылки для осознания того, что предсказания отдаленного будущего принципиально невозможно. Мы можем предусмотреть только «запрещенные» состояния той или иной системы, то есть те состояния, которые система при любых бифуркаций не может приобрести. Но какой именно из множества незапрещенных состояний выберет система, предсказать невозможно [6].

Невозможно принципиально. Приведенный выше материал свидетельствует о том, что синергетика стала системой новых основополагающих принципов, на которых основывается современное научное мышление и научное мировоззрение, то есть стала новой парадигмой научного познания. Термин «парадигма» (от греч. paradeigma - образец; первоначально означал образцы склонений и спряжения в грамматике), который обозначает одно из ключевых понятий современной философии, введен в научный оборот Томсоном Самюэлем Куном (1922-1995 гг.), американским историком науки и философии. В своем главном труде «Структура научных революций» (1962; перевод на русском языке издавался в Москве 1975 и 1977 гг.) Кун признал парадигму «как совокупность убеждений, ценностей, методов и технических средств, принятых научным обществом, которое обеспечивает существование научной традиции» [3].

Парадигма находит свое воплощение в учебниках и классических трудах ученых и на многие годы задает круг проблем и методов их решения в той или иной области науки. Наборы принципов парадигмы состоят из символических обобщений (законов и определений основных понятий теории), философских положений, задающих способ видения универсума и его онтологий; ценностных установок, которые влияют на набор направлений исследования; общепринятых образцов - схем решения конкретных задач, которые дают ученым методику решения проблем в их повседневной научной работе. Поэтому парадигма представляет собой систему основополагающих принципов, на которых в определенный период времени базируется научное мировоззрение. В современной литературе по философии науки парадигму определяют как «совокупность теоретических и методологических предпосылок, основополагающую модель, лежащая в основе решения различных исследовательских задач» [13].

Формирование общепризнанной парадигмы является признаком зрелости науки. Изменение парадигмы ведет к научной революции, то есть до полного или частичного изменения дисциплинарной матрицы - системы правил научной деятельности [3].

Сейчас ученые считают, что они «практически вошли в область значительных парадигмальных изменений в научном мировоззрении, и в этот раз они касаются главным образом наук о живой природе и многих гуманитарных дисциплин. Есть все основания полагать, что нынешнее парадигмальные сдвиги связаны с теорией самоорганизации, нелинейной динамикой и, конечно, с синергетикой, которая за 15 лет прошла путь от отдельной научной дисциплины к обобщенной научной парадигмы и начинает влиять на мировоззрение и стратегию человечества, не отвергает традиционных подходов, а в значительной степени дополняет их и коррелирует, выступая, как предельным случаем для них » [14].

Выступая как основа новой эпистемологии, синергетика образует базовые принципы социально - гуманитарных дисциплин двадцать первого века. «Наш подход, - пишет К. Майнцер в своей работе «Размышления в сложности. Сложная динамика материи, ума и человечества» (1994 г.), - предусматривает, что физическая, социальная и ментальная реальность является нелинейной и сложной. Этот существенный результат синергетической эпистемологии порождает собой серьезные последствия для нашего поведения. Стоит еще раз подчеркнуть, что линейное мышление может быть опасным в нелинейной сложной реальности…мы должны помнить, что в политике и истории монопричинность может вести к догматизму, отсутствия толерантности и фанатизма…подход к изучению сложных систем порождает новые следствия в эпистемологии и этике. Он дает шанс избежать хаоса в сложном нелинейном мире и использовать креативные возможности синергетических эффектов » [1].

Синергетика и диалектика


Относительно синергетики как теории самоорганизации и метода познания и ее отношение к диалектике существуют достаточно противоречивые мнения. Одни исследователи считают, что синергетика должна получить статус философской теории, а в будущем, возможно, даже заменить диалектику. Другие хотят видеть диалектику стоящей на твердой почве естественнонаучного знания. Третьи хотят видеть синергетику, как парадигму, которая будет не такой общей, а конкретной, глубже и проще. Бывают и такие, которые видят в синергетике нечто аморфное, всеядное и непомерно амбициозное, что пытается охватить собой все области знания и заменить собой философию [4].

Подавляющее количество ученых, серьезно разрабатывают синергетическую проблематику, показывают, что синергетика исследует, прежде всего, сложные самоорганизующиеся системы, при этом упор делается на познании их внутренних свойств. Синергетический подход к их изучению основывается на целостном, системном анализе испытательных объектов. Синергетика провозглашает принцип, по которому активность управления возможна лишь в том случае, когда мы постигаем источник саморазвития и внутренние свойства системы. Для синергетики важно не только учесть постоянно меняющиеся внутренние и внешние условия, но и действовать в соответствии с законами эволюции объекта [14].

Но именно такими методологическими подходами к объектам управляется и диалектика. Она требует исследовать, как данный объект возник, какие основные этапы развития прошел, чем стал в настоящее время и какие возможности тенденции его дальнейшего развития. Синергетика не заменяет диалектику, а только расширяет, углубляет и конкретизирует диапазон ее методологических возможностей. Уместно будет заметить, что относительно диалектики в современной литературе по философии также высказывается весьма противоречивые взгляды - от безоговорочного признания истинности ее принципов, законов и категорий к безаопелляционного и категорического отрицания любой научной стоимости диалектики на всех исторических этапах ее развития, особенно диалектики советского периода. Одним из самых непримиримых критиков диалектики в философии Гегеля и Маркса был К. Поппер. Особенно резко Поппер критикует учение Гегеля о универсальном характере противоречий как источнике изменения, движения и развития, о взаимное отрицание противоположностей по формуле «тезис - антитезис - синтез» по закону отрицания. Складывается впечатление, что Поппер не понял настоящей сущности диалектического метода Гегеля, который впервые позволил показать весь природный, исторический и духовный мир в виде процесса, т.е. в беспрерывном движении, изменении, преобразовании и развитии. Малоубедительность критики диалектического метода Гегеля Карлом Поппером хорошо видно из материалов статьи Игоря Бурковского «Что делать с гегелевской диалектикой » [15].

Конкретное, глубокое и доказательное изложение сущности диалектики Гегеля осуществлено в книге Мишеля Гурина «Философия» [16]

 Статьи о диалектике помещены в новейшие словари по философии и во втором издании «Философской энциклопедии» (М., т. 1, 2002), в которых показаны этапы исторического развития учений о диалектике от античности до наших дней. В этих статьях указывается на определенные деформации диалектики в советском диалектическом материализме, и вносятся определенные коррективы в понимание законов диалектики в связи с переходом науки от классического до неклассического и постклассического периодов развития. Но в целом роль и значение диалектики как теории развития и метода познания не отрицается. Следует отметить, что под влиянием обильной и не всегда конструктивной и доказательной критики диалектики, которая содержится в многочисленных публикациях последнего десятилетия, в учебниках по философии, изданных в это время, разделы о диалектике, как правило, отсутствуют. Сказанное касается учебников, изданных в России [16, 17].

В некоторых трудах отдельных ученых, в которых анализируется проблема соотношения диалектики и синергетики, делается попытка практиковать диалектику как отдельный метод синергетики или же вообще рассматривать диалектику как такую, которая исчерпала свой познавательный и прогностический потенциал. Примером такого отношения к диалектике может служить статья российского политолога А. Венгерова «Синергетика и политика». Так он пишет: «Очевидно, новая парадигма в методологии общественных наук, помимо всего прочего, или будет включать диалектику как отдельный метод синергетики - и то лишь для отдельных отраслей - или вообще заменит ее принципиально новыми подходами к действительности... Кроме того, надо, наконец, признать, что многие истоков кризиса идеологии и практики марксистской теории, в том числе и ее политико-правового сегмента, находятся в глубинах диалектики, на которой основывалась и теория. Очевидно, материалистическая диалектика с ее приматом необходимого над случайным и другими постулатами под натиском новых знаний конца ХХ в. и нового исторического опыта исчерпала в основном свой познавательный и прогностический потенциал, по крайней мере, в социальной сфере » [17].

Для подтверждения своих взглядов на отношения между диалектикой и синергетикой А. Венгеров на странице 57 цитируемой статьи подает «Таблицу сопоставлений отличий диалектики и синергетики». Анализ показывает, что большинство сопоставлений взяты произвольно и не коррелируют между собой, это вынужден признать и сам Венгеров: «Многие позиции можно дополнить. И в тексте статьи, и в таблице просвечивает чрезмерное преувеличение возможностей синергетики и такое же чрезмерное умаление методологической роли диалектики.

В действительности же достижение синергетики лишний раз подтверждают правильность принципов диалектики и законов единства и борьбы противоположностей и перехода количества в качество и роли диалектического отрицания в развитии действительности и познания. На наш взгляд, корректная оценка диалектики в связи с дальнейшим развитием научного познания и возможностями синергетики дается в трудах украинских философов И.А. Бондарчука и В.И. Штанько [18].

Так В.И. Штанько отмечает, что в начале ХХ ст. диалектико-материалистическое толкование стало адекватной, методологической и мировоззренческой основой понимания процессов, происходящих в природе, обществе и познании. Но в 30-70-х годах догматизация и канонизация положений диалектики, имевших место в официальном диалектическом и историческом материализме, нанесли значительный ущерб диалектике как общей теории развития. Во второй половине ХХ в. наука внесла существенные коррективы в понимание процесса развития, и это с необходимостью предполагает разработку современной философской концепции развития. «Да, конечно, нет смысла полностью отвергать диалектическую традицию в философии: диалектика имеет довольно продолжительную и интересную историю и достижения. Многое в содержании классической диалектической теории развития не утратило конструктивного значение и в современности» [6].

Характеризуя связь синергетики с диалектикой российский ученый Юрий Белокопытов отмечает, что «в синергетике как новом направлении междисциплинарного исследования проявляется неразрывная связь с диалектикой... Синергетика открывает широкие перспективы для более глубокого понимания фундаментальных проблем философии. Новая наука раскрывает диалектику соотношения высших и низших форм движения и материи как в качественном отличии, так и в их единстве. Она изучает процессы развития и саморазвития, протекающей в системах самой разнообразной природы. Естественные и гуманитарные науки образуют единое целое при ведущей роли науки о человеке. Механизм процессов, самоорганизовываются, основанный не на внешней силе, а на внутреннем источнике движения и развития. Диалектические противоречия вытекают из закона единства и борьбы противоположностей. Синергетика развивает диалектическое взаимодействие частей и целого». Автор цитируемой статьи [4] показывает, что сочетание диалектических и синергетических подходов к анализу окружающего мира позволяет свести в единое целое такие противоположности, как целое и части, порядок и хаос, которые дополняют друг друга и превращаются друг в друга, что дает приращение новых идей на философском уровне [4].

 

Синергетика и марксизм


Марксизм - созданное К. Марксом и Ф. Энгельсом учение, представляет собой систему философских, экономических и социально-политических идей и взглядов. Составными частями марксизма есть философия (диалектический и исторический материализм) [1].

 В плане сопоставления синергетики и марксизма автора реферата интересует, прежде всего, исторический материализм (материалистическое понимание истории), который является распространением принципов диалектического материализма на понимание развития и функционирования общества.

В историческом материализме материализм охватывает не только отношения природы и мышления, но и все формы общественной деятельности, материальное и духовное производство. Именно идеи истмата лежат в основе марксистского понимания природы общества и его исторического развития [19].

Маркс обосновал тезис о том, что производственные отношения формируются независимо от воли и сознания людей как экономическая форма, необходимая для поддержки производства, и, следовательно, и жизни общества. Наличие независимых от сознания людей социальных детерминант означает, что в обществе существуют объективные закономерности, которым подчиняется деятельность людей. Вопрос о сочетании объективных законов и человеческой деятельности в истории марксизм решает с позиции социального детерминизма.

Основным законом, сформулированным Марксом, является зависимость производственных отношений от производительных сил. Их единство составляет определенный способ производства. Если производственные отношения приходят в противоречие с производительными силами, то это ведет к социальной революции. Прогресс производительных сил составляет предпосылки для изменения производственных отношений, а тем самым - и всего общества, его способа производства. Эти положения Маркс относит к экономической общественной формации, ступенями развития которой он считал азиатский, античный, феодальный и капиталистический способы производства. При капитализме производительные силы достигают уровня, который делает возможным переход к коммунистическому обществу. Преходящий характер капитализма обусловлен объективными законами развития истории [19].

Смена формаций образует магистральную линию прогресса. Формации погибают в силу внутренних антагонизмов, но с приходом коммунизма закон изменения формаций прекращает свое действие [1].

В предисловии к первому изданию «Капитала» К. Маркс писал, что экономические законы действуют с железной необходимостью, а страна, промышленно развитая, показывает менее развитой стране лишь картину ее собственного будущего. Отсюда следовало, что все народы проходят, в главных чертах, один и тот же путь и отличаются друг от друга лишь стадией развития. Этот европоцентричный подход был перенесен на все страны и на все народы мира.

В советском истмате приведенные выше утверждения Маркса были абсолютизированный и догматизованы. Тот истмат, что пронизал сознание нескольких поколений советских людей, придал этому сознанию две важные особенности. Первая - непоколебимая уверенность в том, что «объективные законы исторического развития пробьют себе дорогу через случайности. Вторая - равнодушие к моменту, его уникальности и необратимости, непринятие во внимание случайностей, влияния малых действий (флуктуаций), пренебрежение ролью субъективных факторов. Все это тонуло в рассуждениях об общественно-экономических формациях, их необходимое изменение и развитие [20].

Основанием для такого отношения к событиям жизни является в основе своей механический детерминизм, который господствовал в мировоззрении в период становления марксизма. Он был важной частью общественного сознания до конца XIX ст. Из него вышло само понятие «объективных законов» развития общества, подобных законов природы [20].

Маркс и Энгельс творили свое учение в эпоху расцвета классической науки, определяющими характеристиками которого были механический детерминизм и линейность мышления. С помощью произведенных ими диалектическим методом, основанном на материалистической теории, они в своих работах часто прорывали узкие рамки механистического детерминизма и во многих случаях мыслили нелинейно. Однако полностью «выпрыгнуть» за пределы тогдашней научной парадигмы они не могли, поскольку были людьми своей эпохи. Но если в произведениях Маркса и Энгельса механистический детерминизм, который господствовал в тогдашней науке, в значительной степени был откорректирован диалектикой, то в советском истмате живой дух материалистической диалектики постепенно выветривался, и она со временем превратилась в жесткую систему догм, сформулированных во втором пункте IV раздела труда « История ВКП (б) краткий курс »(1938) лично И. Сталиным под заголовком «О диалектическом и историческом материализме». В этом же пункте была изложена концепция о пяти общественно-экономических формаций.

В «Кратком курсе» было крайне примитизировано марксистское учение в целом и особенно исторический материализм. Неадекватно истолкована диалектика в советском истмате настоятельно внушала мысль о непрерывном и неограниченном прогрессе человечества, о неуклонном поступательном движении общества от формации к формации. В результате преобразования учение Маркса об общественно-экономических формации в непогрешимую догму в советской общественной науке утвердился формационный редукционизм, т.е. сведение всего мира людей только к формационным характеристикам, что выразилось в абсолютизации общего в истории, анализе всех социальных связей по линии базис - надстройка, игнорирование человеческого начала истории и свободного выбора людей [1].

Таким образом, «претензии формационного подхода на исключительную правильность и универсализм обернулись упрощенным толкованием истории как только единого, глобального, монолитно-поступательного движения» [20].

Синергетический подход к обществу, его структуры и динамики на первый план выдвигает нелинейные законы истории, которые фиксируют не просто порядок статистический, а такой, который реализуется через социальные флуктуации и точки спонтанного выбора, бифуркации.

С позиций нелинейного анализа общество предстается как система не только сложная, но и диссипативная (от лат. Dissipatus - неупорядоченный, лишен надлежащих связей), то есть система, которой, в отличие от систем консервативных, присущие качественные и необратимые изменения [21].

Синергетика преодолела механический детерминизм и линейность мышления, обратила серьезное внимание на неравновесные состояния, на нестабильность, на процессы взлома стабильного порядка (переход из порядка в хаос и рождение нового порядка). Для осмысления таких периодов в жизни общества истматовские мыслительные инструменты неприменимы. «В эти периоды возникает много неустойчивых равновесий - это перекресток расщепление путей (точки бифуркации). В этот момент решают не объективные законы, а малые, но вовремя предпринятых действиях (флуктуации). На тот или иной путь развития событий может толкнуть ничтожная личность небольшим усилием («эффект бабочки»)» [20]. Все сказанное ранее свидетельствует о том, что попытка последователей марксизма предрешать путь развития общества той или иной страны на длительный период, а тем более всех стран, не имеет под собой научной основы. Это убедительно доказала синергетика.

Синергетика и творчество


В свете вышесказанного хочется немного уделить немного внимания отраслям человеческой деятельности, с точки зрения классической, неклассической и постнеклассической научной мысли пока нельзя рассматривать как научные плоскости: это литература, музыка, живопись, театр. То есть искусство.

В своей статье «Проблема творчества с точки зрения синергетики» Д. Чернавский и Н. Чернавский дают великолепный пример синергетического подхода к определению творчества как категории математической (тексты цитат данные на языке первоисточника. «Теории распознавания и нейрокмпьютинг сильно отличаются от теорий в обычном понимании слова. Главное отличие в том, что прогноз делается не на основе аксиом и логических выводов из них, а на основании прецедентов. Набор прецедентов носит название - «обучающее множество». Требование доказательства верности прогноза в теории распознавания отсутствует. Вместо него используются критерии похожести.

Основной задачей теории является ответ на вопрос: на что (или на кого) похож данный объект (или субъект). Для этого необходимо знать признаки объекта и сравнить их с признаками объектов из обучающего множества. В основе прогноза лежит положение: поведение объекта будет похоже на поведение его прототипа из известных прецедентов. Напомним, что именно так совершается творчество в повседневной жизни. Тем не менее, теория распознавания является разделом математики и, следовательно, относится к точным наукам.

Математика используется для того, чтобы слова «похож» или «не похож» обрели количественное выражение. Она используется также для формализации процесса распознавания. Последнее удается не всегда, но если удалось, то формулируется алгоритм распознавания, именуемый «решающим правилом». Владея им и зная признаки объекта, можно прогнозировать его поведение уже чисто логическим путем, не обращаясь к прецедентам. Можно сказать, что распознавание до формулировки решающего правила происходит интуитивно, а после - логически. Т.о. в рамках этой теории удается проследить путь перехода от интуитивного мышления к логическому. До развития теории распознавания даже поставить такую задачу было немыслимо» [22].

На основе приведенных соображений по поводу творчества как органической составляющей «нового» знания в точных науках, можно предположить, что творчество в ближайшем будущем может быть рассмотрено как научный термин.

А, следовательно, можно предположить, что творчество в искусстве может быть подвергнуто анализу. Возникает вопрос: как быть с такой тонкой организацией как человеческая душа, как быть с воодушевлением. Трудно оспорить тот факт, что запрограммировать рисованием или гениальную спектакль практически невозможно, но можно попытаться понять алгоритм по которому работает человеческое подсознание (или сверхсознание). И здесь возникает один из основных вопросов: каким образом, по какой методологии возможна реализация этих предположений? Процитируем ту же статью. «Во всех упомянутых теориях большую роль играет интеграция информации. Набор объектов, входящих в обучающее множество всегда ограничен и подчинен определенной цели. Так, в механике это набор массивных тел и цель - прогноз их поведения под действием сил. В термодинамике это набор сплошных сред (газы, жидкости и т.п.) и цель - прогноз их поведения при изменении давления, температуры и объема. В каждом из этих обучающих множеств были сформулированы свои решающие правила, которые играли роль аксиом (или «начал»).

Эти аксиомы имеют силу в своей области и не имеют ее в другой. Однако, с развитием науки появилась необходимость объединения обучающих множеств и, следовательно, решающих правил. Именно этот процесс объединения в теории распознавания и называется интеграцией информаций. В обществе он же называется интеграцией наук. Подчеркнем, на уровне нейрофизиологических процессов механизм интеграции информаций в общих чертах известен. На уровне теории нейросетей он тоже в принципе ясен, так что даже предложены математические модели процесса. Возвращаясь к проблеме творчества, следует сказать, что в рамках каждого из упомянутых направлений, взятых в отдельности, проблему творчества решить невозможно. Это можно сделать, только объединив их (путем интеграции), т.е. представить процесс творчества в виде следующих стадий.

Первая, исходная, стадия - имеется несколько областей знания, в каждой из которых существуют свои правила (аксиомы).

Вторая стадия - появляется необходимость объединить эти области (т.е. провести интеграцию). Для этого необходимо знать ситуацию в каждой из областей и провести в них ревизию привычных правил, частично отказаться от них, частично расширить. Как правило, имеется несколько вариантов ревизии, и необходимо выбрать из них один (не обязательно наилучший, но удовлетворительный, на данном этапе). Ясно, что сделать выбор логически, т.е. на основании прежних правил, невозможно. Поэтому проблема часто представляется как логический парадокс. Отказ от привычных правил и необходимость сделать выбор влечет за собой растерянность и хаотичность как в умах людей, так и в обществе. Иными словами, эта стадия - перемешивающий слой, проявлением которого являются «муки творчества».

Третья стадия - выход из перемешивающего слоя. Часто эта стадия длится сравнительно короткое время и представляется как «момент истины», «озарение» или «порыв вдохновения». Когда выбор сделан, формулируются новые правила, в рамках которых парадокс разрешен. При этом оказывается, что прежние правила имеют область применимости, но ограниченную, в чем, собственно и состоит их ревизия» [22].

Второй, не менее важный вопрос: зачем художнику задумываться над природой феномена творчества? Думается ради того, чтобы современное искусство, по меньшей мере, не выглядело убогим на фоне достижений современной науки, которые уже давно освоил такой вид искусства как кинематограф, с его спецэффектами, компьютерной графикой, комбинированными съемками т.д. Теперь слово за «живыми» видами искусства, в их новом синергетическом контексте.

Выводы


1. Синергетика - направление и общенаучная программа междисциплинарных исследований, изучающих процесс самоорганизации и становления новых упорядоченных структур в открытых системах.

2. Синергетика ставит своей задачей познание общих закономерностей и принципов, лежащих в основе самоорганизации в системах различной природы: физической, химической, биологической, технической, экономической, социальной и т.д.

3. Под самоорганизацией в синергетике понимаются процессы возникновения упорядоченных структур в сложных динамических системах, находящихся в состояниях, далеких от равновесия, вблизи особых точек - бифуркаций. В этих точках система под воздействием малейших действий (флуктуаций) может качественно изменить свое состояние. Этот переход характеризуют как возникновение порядка из хаоса.

4. В синергетике происходит конструктивное переосмысление хаоса. Абсолютного хаоса и абсолютного порядка не бывает. Хаос и порядок всегда сосуществуют, взаимопереходящие друг у друга даже в простых динамических системах, будучи проявлением их нелинейности. При этом хаос характеризует системы с неустойчивым поведением, а порядок - со стойкой.

5. Синергетика предполагает качественно новую картину не только по сравнению с той, которая лежала в основах классической науки, но и тем, что принято называть квантово-релятивистской картиной неклассического естествознания первой половины ХХ ст. В этом смысле синергетика постнеклассической, плюралистическая, как плюралистический образ мира, который ею предполагается.

6. Благодаря недавним результатам в области синергетики (теории самоорганизации) начинают устанавливаться внутренние связи между естественными и гуманитарными науками, восточным и западным мировосприятием, наукой и философией, в частности диалектикой.

7. Учение синергетики о переходе от хаоса к порядку и наоборот, накопление флуктуаций, ведущих к качественному изменению старой системы является подтверждением истинности закона единства и борьбы противоположностей, закон перехода количества в качество и диалектического отрицания как необходимой предпосылки всякого развития. Синергетика не отменяет диалектику, не заменяет, а лишь уточняет, конкретизирует и расширяет сферу ее применения.

8. Формационный подход к изучению развития общества во все периоды истории человечества, разработанный марксизмом, имеет ограниченный характер, ибо имеет определенную познавательную и методологическую стоимость лишь относительно раннего этапа существования капиталистического общества. Попытки распространить учение об общественно-экономические формации на все периоды человечества и все страны оказались несостоятельными, а тезис о железной необходимость смены одной формации другой, осуществляемый независимо от воли и сознания людей, о автоматизм действия объективных законов развития общества, провозглашенный советским истматом, опровергнута как самим ходом всемирной истории, так и синергетикой.

9. Синергетика учит, что умение использовать случай, не упустить неповторимый шанс является чрезвычайно важным фактором в деятельности государственных деятелей и лидеров политических партий как в плане экономики, так и политики.

10. В будущем синергетика обусловит изменение не только логики научного познания, но и языка науки. На смену однозначному понятию придет многозначный символ. А если языком науки становится символ, то она неизбежно сближается с искусством. При этом грани между ними не сотрутся. Просто это будет означать, что ученый не может обойтись без искусства, а художник не будет пренебрегать научным знанием.

Литература


1.   Новейший философский словарь.– Минск, 1999

2.   Философский энциклопедический словарь. – К.: Абрис, 2002, с.580-581

3.   Современная западная философия: словарь – 2-е изд. – М.: ТОН-Остожье, 1998

4.   Белокопытов Юрий Дао естественных и гуманитарных наук - Свободная мысль – ХХІ, 2003, №8

5.   Князева Е.Н., Курдюмов С.Н. Основания синергетики - СПБ.: Алетейя, 2002

6.   Штанько В.И. Концепция розвития и ее альтернативы // Философия: Учебник /под ред. Кременя В.Г., Рыбалки В.К. – Харков: Консум, 2000

7.   Современная западная философия: словарь – 2-е изд. – М.: ТОН-Остожье, 1998

8.   Грицанов А.А., Мезяная К.Н. Синергетика // Новейший философский словарь – Минск, 1999

9.   Аршинов В.И. Синергетика, Философский словарь. Издание 7-е, Минск, 2001, с.511

10.   Хакен Г. Информация и самоорганизация. Макроскопический поход к сложным системам – М., 1999, с.28-29

11.   Князева Е.Н. Синергетический вызов культуре // Синергетическая парадигма. Многообразие поисков и подходов – М., 2000, с.258

12.   Яхот О. Случайность // Философская энциклопедия Т.5 – М., 1970, с.34

13.   Немировский В.Г., Невирко Д.Д. Теоретическая социология: нетрадиционные подходы – Красноярск, 1997, с.96-97

14.   Курдюмов С.П., Малинецкий Г.Г. Синергетика – теория самоорганизации. Идеи, методы, перспективы – М., 1983, с.6-7

15.   Генеза, 1995, №1 (3), с.45-46

16.   Гурина М. Философия // Пер. С франц – М., 1998, с.239-243

17.   Венгеров А. Синергетика и политика // Общественные науки и современность, 1993, №4, С. 56-57

18.   Бондарчук И.А. Диалектика или постдиалектическое мышление // Totallogy. Постнекласические исследования – К.: ЦГОНАН Украины, 1995, с.227-279;

19.   Философский словарь / под ред. И.Т. Фролова, 7-е изд. – М.: Республика, 2001, с.159

20.   Кара-Мурза С.Г. Истмат и проблема Запад-Восток – М.: ЭКСМО-Пресс, 2002

21.   Бойченко И.В. Философия истории: учебник – К.: Знання, 2000

22.   Чернавский Д.С., Чернавская Н.М. Проблема творчества с точки зрения синергетики – оф. сайт С.П. Курдюмова «Синергетика» (www.spkurdyumov.narod.ru)


РЕКЛАМА

рефераты НОВОСТИ рефераты
Изменения
Прошла модернизация движка, изменение дизайна и переезд на новый более качественный сервер


рефераты СЧЕТЧИК рефераты

БОЛЬШАЯ ЛЕНИНГРАДСКАЯ БИБЛИОТЕКА
рефераты © 2010 рефераты